Мэнхайский чайный завод (редакционная статья из журнала Art Of Tea №3)

Мэнхай — это один из старейших и наиболее почтенных чайных брэндов в Китае. Мэнхайский чайный завод производит более 750 тонн чая более чем 120 наименований в год. В собственности завода находятся 220 000 акров чайных плантаций, это второй по величине завод в провинции, число работающих на нем превышает 800 человек. 48 продуктов завода были удостоены в разное время наград провинциального и национального правительств.

Мэнхайские черные чаи и пуэры экспортируются более чем в 10 стран. Среди всех пуэрных компаний в Юньнани нет ни одной, которая в своей текущей деятельности имела бы так много связей с историей и традициями классического пуэра. На рынке выдержанного пуэра преобладают в настоящее время старые блины, изготовленные во времена, когда Мэнхай принадлежал государству — так что любой исследователь, желающий понять историю пуэра, должен знать и историю Мэнхая.

В субтропических лесах округа Хай в южной Юньнани древние чайные деревья растут веками. Климат и почва сделали это место идеально подходящим для изучения вопроса о развитии технологий производства пуэра. В начале 1938 года правительственные органы картографировали местность и составили отчет о его сельскохозяйственных мощностях. В 1940 году был запущен Фохайский чайный завод, его первым управляющим был назначен Фань Хэцзунь. Годом позднее, в 1941 году в Юньнань пришла Вторая Мировая Война. Японцы вторглись со стороны бирманской границы — и было принято решение переместить завод в Куньмин. Большая часть работ по монтажу этого южного завода была уже завершена, но у управляющих были инструкции, предписывающие им не оставлять ничего, что японцы могли бы использовать — поэтому все чайные машины были разобраны.

Новый завод в Куньмине работал во время войны только около года. По записям Фань Хэцзуня того времени, руководству завода рекомендовалось не производить много чая, а, вместо этого, помогать крестьянами повсюду в Юньнани упаковывать для экспорта зеленый чай, черный чай и пуэр. Большая часть чая в то время экспортировалась в Тибет, Бирму и Таиланд. В 1942 году завод полностью закрылся, так как война перешла в более серьезную стадию. Управляющие пытались возобновить его деятельность в 1944, но рискованная попытка была оставлена после нескольких кратких месяцев работы.

В 1949 году была основана Китайская Народная Республика, и Фохайский чайный завод снова продолжил изготовление чая. Его управляющие вернули завод на юг Юньнани и восстановили то, что сами уничтожили, когда началась война. В то время они создали знаменитую сейчас серию чая «Красная Марка» (Хун Инь). Качество этого чая помогло упрочить положение завода в последующие годы. В то время завод был собственностью государства и занимался агрокультурой чая, его купажированием и разработкой всех технологических аспектов его производства, которые стали стандартом для производства чая «Красная Марка» на несколько десятилетий. Сегодня чаи «Красной Марки» — это одни из нескольких наиболее ценных винтажей на рынке, каждый поклонник старых пуэров знает и ценит их. В 1953 году был основан Сишуаньбанна — автономный округ внутри Юньнани — и Фохай изменил свое название на Мэнхай.

В 1960-х годах Мэнхай начинает импортировать оборудование из Англии, Японии и Индии для повышения производительности и развития новых линеек продукции. После серии «Красная Марка» было разработаны несколько новых чаев. Производство «Голубой Марки» (Лань Инь) началось в 1950-х и продолжилась в 1960-е, за ней последовала «Желтая Марка» (Хуан Инь, конец 1960-х, 1970-е). Все эти чаи ценятся исключительно высоко и большинство коллекционеров пуэра мечтают иметь их на своих полках. В начале 1970-х годов эксперименты привели к первому заводскому производству выдержанного (шу 熟) пуэра. Новый чай быстро стал очень популярным как внутри Китая, так и на международном рынке.

Во второй половине 1970-х, CNNP (China National Native Produce & Animal By-Products Import & Export Corporation), которая тогда регулировала производство всего чая в Юньнани, настоятельно призвала все три основных чайных завода повышать производство шу пуэра. Мэнхайский, Сягуаньский и Куньминский заводы начали создание новой рецептуры. Мэнхай начал экспортировать больше и больше чая, многие из известных шэн и шу рецептов, как 7542, 7532, 7582, и т.д., были разработаны именно тогда.

В начале 80-х правительство начало ослаблять в свое вмешательство в бизнес и Мэнхай начал свои первые частные консигнационные отправки чая через CNNP. Первый заказ был отправлен для Аньли Ти Компании (An Li Tea Company) в Гонконг. На протяжении 1980-х выполняются и другие частные заказы. Самым известным из них был цикл сырых блинов серии 8582 изготовленных для Наньтянь Ти Трейдинг Компани (Nan Tian Tea Trading Company) в Гонконге. Несколько похожие на блины «Красная Марка», производимые в основном в 1950-х, блины серии 8582 тоже очень высоко ценятся коллекционерами. В 1988 году появился знаменитый сейчас брэнд кирпичного чая Даи. В следующем году Мэнхай официально зарегистрировал этот брэнд и начал продажу чая под этой маркой.

В 1990-х производство чая в Мэнхае неуклонно росло. Многие коллекционеры пуэров считают концом золотого века Мэнхая «Эру лепешек семь сыновей», наступившую в начале 1990-х годов и совпавшую с полным переходом Мэнхайского завода в частное владение. После этого многие аспекты выращивания и производства пуэров начали изменяться во всей Юньнани — законодательство изменилось, вслед за ростом популярности пуэра открылось множество новых фабрик.

В 1996 году Мэнхайский чайный завод был официально приватизирован и сменил свое название на Сишуаньбанна Мэнхай Ти Индастри Ко., Лтд (Xishuangbanna Menghai Tea Industry Co., Ltd). Время правительственного контроля подошло концу. В конце тысячелетия законы изменились таким образом, что чайные фабрики в Юньнани могли вести бизнес без регулирования CNNP. Начали активно действовать частные чаеторговцы, развилась система использования агентов для дистрибьюции чая на местном рынке и за рубежом.

В октябре 2004 года Мэнхай был продан компании Бовинь (Bowin Company), которая и является его собственницей в текущий момент.

Сегодня Мэнхай продолжает производить и продавать большие количества пуэров, черных и зеленых чаев. Его зеленые чаи в массе своей продаются на северо-востоке Китая, в провинциях Гуандун, Шаньси, Хубэй и Хунань. Пуэрная продукция распространяется по всему Китаю и, главным образом, экспортируется в Гонконг, Макао, и Тайвань. В настоящее время Мэнхай — это все еще основная движущая сила на рынке пуэра. Даже сегодня линейка его продуктов и цены завода оказывают влияние на весь пуэрный мир. Так как великих винтажей 50-х, 60-х, и 70-х становится все меньше и меньше, то они продолжают становиться более и более ценными. В последние несколько лет стало невероятно трудно найти некоторые из этих редких чайных винтажей, и можно представить, что в следующее десятилетия или два от них останутся только фотографии. Но история Мэнхайского чайного завода уже вписана в историю пуэра — прогуливаясь по старым заводским помещениям, можно представить, какие великие винтажи производились здесь несколько десятилетий назад и как это происходило.

Перевод Алексей Чураков

Добавил новых старых фоток с чашками HY

Дополнения и продолжение про Исин

А здесь небольшое продолжение про столицу китайской керамики - Исин.

Про Исин

Давнишняя статья про первую поездку в Исин - столицу китайской керамики

Исинские зарисовки в пурпурно-глиняных тонах красного цвета

Будучи в Чжэцзяни мы просто не могли себе позволить игнорировать тот факт, что в 300-400 километрах от нас есть небольшой (по китайским меркам), но важный стратегический пункт как город Исин. Тем более что у одного из наших пекинских друзей там живет старший брат и промышляет изготовлением тех самых исинских чайников. И вроде даже неплохо промышляет. Быстро созвонившись с ним, они взяли с нас честное слово, что мы не вернемся в Пекине, пока не заедем к нему в гости. Как в старинной даосской мудрости: «На истинном пути все происходит само собой». Мы очень надеялись, что это так.

На первый взгляд, Исин как город не представляет какой-либо исторической ценности. Возможно, здесь есть какие-то достопримечательности или святые места, но так чтобы они гремели на всю страну или весь мир, так мы не нашли. Может, плохо искали. Типичный город временами напоминающий районы Гражданки или Купчино. 

Хотя некоторые моменты намекали нам, что мы где-то близко к фиолетовой глине. Все её откуда-то постоянно везли уже в готовой форме.

В любом случае нам требовалось подкрепиться. Мы заехали пообедать в одно кафе, чем несказанно обрадовали местное население. На фото они еще не поняли, кто зашел в помещение, поэтому они спокойно обедают. Кстати, это нормальный обед для большинства китайских трудящихся. Едят много. 

Но в городе мы пробыли недолго. Нас сразу увезли в ни чем не примечательную деревню, а может один из многочисленных пригородов Исина. Мы даже название не удосужились узнать. Но там как раз и происходит чудо рождения китайской керамики, которая славится своими качествами на всю пьющую чай половину человечества. 

Здесь в этих двухэтажных домиках живут мастера исинской керамики со своими семьями: на первом этаже работают всей семьей, на втором – отдыхают тем же составом. Все очень просто.

Но неожиданная встреча навела нас на мысль, что зреть надо в корень, то есть заходить внутрь. Наши люди с коромыслами, полными чайников, по улицам не ходят. 

А за полузакрытой жалюзью шло знаменитое исинское таинство: изготовление чайника из красной глины. Настолько обыденно и буднично, что мы прям обалдели. 

Зайдя во внутрь одной из мастерских (точно не магазин), мы с удовольствием узнали старых знакомых. Такой посуды сейчас достаточно много в московских чайно-посудных лавочках и магазинчиках. Мы сразу заходили по мастерской с умными лицами, мол, плавали – знаем. 

Но хорошей и красивой посуды оказалось столько много, что нам остается посетовать что мы не профессиональные фотографы и не можем передать и десятой доли тех ощущений, когда чайник видишь и трогаешь вживую. Но мы очень старались. 

Очень порадовала лепка из четырехцветной глины. Для нас это пока малоизвестное, но очень перспективное искусство.

 

Радушные хозяева угощают нас знаменитым чаем Исин Хунча. Мы пьем, не торопясь, с расстановкой и чайными беседами, оттягивая момент выхода на улицу на безумную влажную жару. По-другому, то что творится на улице и не назвать. 

Просто хороший вид при входе в магазин.

А этот ракурс было просто грех упустить.

Естественно, что пройти мимо настоящего куска красной исинской глины, из которого потом родится маленькое чудо, мы не могли. Несколько кг этой же глины мы привезли себе в Центр.

Без пяти минут чайник.

Вот так скурпулёзно, шаг за шагом происходит чудо рождения чайника. Китайская тщательность и усидчивость, а также шлифовка каждого миллиметра просто поражает. Девушка за все время нашего нахождения в мастерской даже не повернулась. 

Так и сидела над одним чайником. Хотели его купить, да так и не дождались, потому как вспомнили, что его же еще обжигать должны. 

Это один из счастливых чайных мастеров, чьи чайники нам очень понравились. И мы решили приобрести его посуду. Обратите внимание на полупустые полки за нашими спинами. Показатель того, что чайники и впрямь хороши. 

У Цзюэнун, чайный мастер современности

У Цзюэнун — это самый известный агроном, сельскохозяйственный экономист и общественный деятель, заложивший основы современной чайной индустрии Китая. Его знаменитый труд «Чацзин Шупин» (Изложение и комментарии к «Чайному Канону») показал доскональное знание им «Чайного Канона» Лу Юя. Он впервые организовал подготовку чайных специалистов в сельскохозяйственных вузах и основал национальную чайную компанию. Станция по изучению чая в Уишани (Фуцзянь) также была создана по его инициативе. Вклад У Цзюэнун в развитие чайной индустрии и чайной культуры Китая невозможно переоценить.

У Цзюэнун, чье подлинное имя было Жунтан, родился в бедной крестьянской семье в округе Шанъюй провинции Чжэцзян. После обучения в начальной школе он был зачислен в Чжэцзянское сельскохозяйственное училище, которое окончил в 1916 году. В 1919 году под влиянием идей «Движения 4 мая» он решил бороться за процветание земледелия родины и сменил имя на «Цзюэнун» («Пробудившийся земледелец»).

Еще во время школьного обучения он знал, что Китай имеет долгую историю чаепроизводства, которая превратила страну в главного мирового экспортера чая. Но из-за империалистической агрессии и коррупции в правительстве старого Китая чайная индустрия была приведена в упадок и задыхалась под бременем кредитов. В целях изучения прогрессивных наук и поддержки чайной индустрии он был послан (как стипендиат департамента образования провинции Чжэцзян) для обучения в Японию, в регионы, известные выращиванием и заготовкой леса и промыслами, связанными с использованием прибрежной полосы.

После возвращения в 1922 году в Китай У Цзюэнун сразу намеревался приступить к работе в чайной индустрии, но из-за гражданской войны и нестабильной политической ситуации не смог реализовать свои замыслы. Ему пришлось работать учителем в провинциальной сельскохозяйственной школе №2 в Уху (провинция Аньхой); оттуда он перешел в кооператив в провинции Чжэцзян и работал в лесничестве при Шанхайском саде. У Цзюэнун пытался заработать денег на открытие механизированной чайной фабрики в родном городе Шанъюй, но потерпел неудачу. Господин Цзоу Бинвэнь, директор Инспекционного Бюро по продуктам Шанхая, пригласил его для разработки правил контроля экспортируемого чая — и именно эта работа положила начало тем трудам У Цзюэнуня, конечной целью которых стало процветание чайной индустрии в Китае. Он считал, что хотя контроль экспортируемого чая и является пассивной мерой, он все равно позволяет улучшать качества продукта.

После этого он активно включился в работу по чайным технологическим процессам. Он смог заручиться поддержкой исполнительного офиса Комитета по возрождению деревни и организовал исследование в основных чаепроизводящих районах в каждой провинции. Он написал несколько важных статей, включая такие как «Улучшение судьбы китайской чайной индустрии», «Проблемы чайного экспорта в Россию», «Новые перспективы экспорта китайского чая в Америку», и т.д и т.п. Книга «План возрождения китайской чайной индустрии», написанная совместно с Ху Хаочуанем, разоблачила монополию иностранных фирм и чайных домов при торговле с иностранцами и вскрыла целый ряд связанных с этим проблем. В ней также была отражена жизнь угнетенных чайных крестьян, описывались коррупционные схемы и поднимались проблемы «чайного отставания» Китая от других стран.

В целях ускорения развития инспекции по экспорту он вошел в кооперацию с центральными агентствами и местными правительствами. В дальнейшем он организовал плантации улучшенных чаев в Сюшуе (Цзянси), Цимэнь (Аньхой), Шэнсянь (Чжэцзян) и на первых порах их возглавлял. При его содействии станции по испытаниям и улучшениям чаев далее были организованы в Хунани, Цзянси, Фуцзяни, Юньнани, Сычуани, Гуйчжоу, Гуандуне — эти учреждения смогли популяризировать улучшенные сорта чаев.

У Цзюэнун, заручившись поддержкой Департамента промышленности, с 1934 по 1935 годы объезжает с инспекцией такие страны как Индия, Шри-Ланка, Индонезия, Япония, Великобритания и Советский Союз, а также провинцию Тайвань, которая была захвачена в то время Японией. По возвращении он написал три инспекционных рапорта, где он подвел итоги поездкам — и в них же мы можем найти его систему взглядов на иностранные передовые технологии и эксперименты.

В 1937 году Шанхай, крупнейший чайный порт в Китае, был оккупирован — и система производства, закупки и сбыта чая была ввергнута в хаос. Нарушилась вся традиционная чайная логистика. У Цзюэнун предложил централизовать чайные закупки и продажи в соответствии с положением о военном времени. В июне 1938 года Торговый комитет министерства финансов выпустил инструкции по управлению экспортом чая в Китае, по которым он представлял торговый комитет, основал Бюро по управлению чаем и организовал производство, продажу, обработку и транспортировку чая.

В 1938 году во время войны против японского милитаризма Советский Союз поставлял в Китай вооружения, за которое Китай предполагал расплачиваться чаем. Из-за неудачных переговоров чай был исключен их списка обменных товаров без каких-либо причин. Первое соглашение по обмену с «участием» чая было подписано только после личных переговоров У Цзюэнуна, представлявшего Торговый комитет, и торгового представителя Советского Союза.

В период борьбы с Японией национальные порты не могли быть доминирующими пунктами транспортировки чая и утратили свои позиции. Английский портовый департамент не позволял китайскому правительству разместить органы управления в Гонконге, который также имел комиссию за торговлю в сделках по экспорту чая. Таким образом для торговли с Гонконгом возможно было использовать только торговую компанию «Фухуа», структуру, под именем которой все чаи страны экспортировались в Гонконг. Она же и осуществляла продажи в СССР и в другие зарубежные страны. У Цзюэнун был выбран делегатом торговой комиссии в Гонконге и управляющим торговой компании «Фухуа». С 1938 по 1939 года китайский чай стал лидером среди сельскохозяйственных китайских продуктах, идущих на экспорт.

У Цзюэнун считал, что чайный рынок расцветет, если будет подготовлено много способных технологов по чайным специальностям. Сунь Ханьбин, бывший профессором Фуданьского университета и деканом университета права, был согласен с мнением У Цзюэнуна и подготовил доклад директору У Наньсюаню. Это привело к соглашению между торговой комиссией и Китайской чайной компанией, по которому был образован чайный факультет в Чунцинском университете в 1940 году. У Цзюэнун был профессором и преподавателем этого факультета.

После «Инциндента в Перл-Харборе» в 1941 году, работа Китайской Национальной чайной корпорации оказалась в замороженном состоянии. Но У Цзюэнун, находясь в оппозиции к Японии, был в полной убежденности, что в послевоенное время чай не будет забыт и развитие восстановится — и он делал наброски к планам реконструкции чайных платнаций, принимал участие в работе торгового комитета и на своей основной работе в чайной корпорации, продолжал работы по обновлению и разведению чаев в основных чаепроизводящих регионах. В тоже время он возглавил группу молодых специалистов по чайным технологиям, которая вскоре покинула Чунцин. В 1941 году впервые был основан институт изучения чая в Чунъане, в фуцзяньских горах Уишань, где У Цзюэнун заступил в должность суперинтенданта и разрабатывал систему исследований чая.

В 1945 году У Цзюэнун вернулся в Шанхай. Он был приглашен управляющим к своему другу, для восстановления чайной компании «Синхуачжи». Менее чем через два года вся продукция компании была экспроприирована капиталистическими властями, а сама компания была закрыта. Но У Цзюэнун решил остаться на чайном рынке, закупил несколько машин для производства чая на Тайване и попробовал с их помощью делать чай. В 1947 году в Ханчжоу была построена Чжэцзянская фабрика машинной обработки чая. Начал накапливаться большой опыт в технологии и менеджменте.

Всю жизнь У Цзюэнун следовал прогрессу, поддерживал всем сердцем КПК, был приверженцем ее политики, и много работал в ней. С начала 1927 года, после произошедшего «Контрреволюционного переворота 12 апреля», он, Ху Юйчжи, Чжэн Чжэньдо и еще семь товарищей опубликовали открытое письмо в «Марин Трейдер Репортер», в котором говорилось, что руководство Гоминьдана после бойни пахнет кровью, и что авторы заявляют решительный протест гоминьдановской политике. Чжоу Эньлай одобрил этот порыв, заметив «пионерскую работу и неустрашимость честных китайских интеллектуалов». Во времена белого террора он не обращал внимания на собственную безопасность, скрывал коммунистов Лю Дина и У Сяньцина в своем доме.

После «Маньчжурского инцидента18 сентября» У Цзюэнун решительно вступает в оппозиционное к Японии движение национального спасения, принимает участие в работе «Китайского демократического революционного союза» в Чунцине, часто обращается с патриотическими призывами к людям из верхних слоев китайского общества.

В последнем периоде войны за освобождение он и его «Ассоциация научных работников», вступившая в «Содружество экономических ассоциаций» с Цзинь Чжунхуа была разогнаны властями по подозрению в неблагонадежности.

Осенью 1949 года, после образования Китайской Народной Республики, У Цзюэнун, посетил первую национальную конференцию по политическому консультированию в Пекине и был назначен в административный штат Центрального комитета Народного Правительства советником и заместителем министра сельского хозяйства. Находясь одновременно на посту управляющего чайной компанией, он очень быстро учредил систему маркетинга и полного цикла чаепроизводства. Также быстро был подписан чаеторговый контракт с Советским Союзом, подготовлена четкая организация по чаезакупочным работам. Стимулирование чайного сбыта производилось централизованно, сохранялось координирование в экономике, особо поддерживались чайные производства в крупных городах. Активно претворялся в жизнь лозунг «давить капитал подпиской на машины» для более энергичных заказов чайных машин. Проводилась адаптация под советскую торговлю и сменялся приоритет с зеленого чай на черный. В тоже время решались вопросы по организации департамента внешних сношений, учреждению научно-исследовательского института и активизации обучения специалистов по выращиванию чая на севере провинции Аньхой. Проводилось улучшение сельскохозяйственной продукции, системы транспортировки, управления техниками продаж, развитие ширящихся новых китайских чайных производств.

После ухода У Цзюэнун с поста заместителя министра сельского хозяйства в 1952 году его заботы о научных исследованиях и чаепроизводстве не стали меньше. В конце 1950-х годов по запросу по инициативе Чжоу Эньлая при Китайском Институте сельскохозяйственных наук заработал институт исследования чая — хотя этот институт и не мог тогда в полной мере вести полноценную исследовательскую работу, но его деятельности было достаточно для того, чтобы поддержать молодую китайскую чайную индустрию и изучение чая. Более двадцати лет У Цзюэнун он оказывал помощь в работе чайной индустрии Китая, решительно принимал участие в национальной и политической жизни, активно стоял на позициях патриотизма и объединения, принимал участие в четырех национальных собраниях политсовета народных комиссаров, был помощником генерального секретаря на второй и третьей сессии собрания политсоветов, а на 5-ой, 6-ой, и 7-ой сессиях работал в качестве участника. После 1949 года вступил в Китайскую Демократическую ассоциацию национального строительства, на 1-ой, 2-ой, 3-ей, 4-ой сессиях активно принимал участие в качестве члена ассоциации.

В разгар Великой Культурной Революции он находился в опале, выполнял монотонную однообразную работу, не получая за это никаких благодарностей, но непоколебимо придерживался социалистических устремлений. После свержения «Банды четырех» ему пришлось взять небольшой отдых для работы на чайном предприятии. После 11-ой сессии Третьего созыва КПК У Цзюэнун, уже в возрасте 80 лет, все еще активно принимал участие в исследованиях в чайной индустрии и научной деятельности, консультировал по вопросам развития важных чаепроизводящих регионов на юге страны, уделял внимание повышению качества чайного листа, писал научные работы, нашел важные аргументы по поводу реформирования макроуправления в сфере поступлений валютных поступлений от экспорта чая. Также всевозможными способами он вносил предложения по улучшению и увеличению сбыта чая за пределы Китая.

После 1956 года он проводил обучающие встречи в Минсельхозе КНР в качествах замдиректора Китайского научного чайного сообщества, а затем его почетного директора.

У Цзюэнун умер в Пекине в 1989 году.

Journal of International Tea (2006 NoNo10-11)

Перевод А. Чураков

Прекрасные фото Иу и Цзинлуна от АдминаМо

Разместил в альбомах Facebook и ВКонтакте. Смотрим, где кому удобнее. 

Интервью с Хуан Чанфаном, мастером-купажистом чая пуэр Журнал The Art of Tea, №3

В чем подлинная разница между смешанным чаем (pin pei) и чайным блином из отдельного региона?

Во-первых, очень важно понимать, что пуэр — это не взятый в отдельности стандартный сорт растения. На самом деле, каждое отдельное дерево имеет свои собственные характеристики и аромат, отличающий его от всех других. В старой литературе могли называть чай пуэр горьким и терпким, но это была ссылка на такие-то деревья в такой-то местности и только в то время. Некоторые пуэры сладкие и нежные. Мы часто оцениваем чай пуэр, осматривая гору, с которой он происходит. Сырой материал с этих гор имеет все-таки схожие характеристики. Конечно же, они (характеристики) благодаря одинаковой почве, погоде, технологии и хозяйствованию, и т.д., в этой местности схожи. Наверное, чайные деревья аналогичны людям: люди из разных районов имеют общие особенности, физические и культурные, но, в конце концов, каждый из них также индивидуален. По этим причинам купажирование было всегда одним из наиболее трудных и важных работ в производстве пуэра. Мы пытаемся пронести традицию тайных рецептур, искусства купажа, отдавая должное тому, с чего начинали наши предки. Купажирование чаев с различных частей района, или нескольких регионов, позволяет нам брать горький, сладкий, терпкий или мягкий, дынный чай, и составлять из них продукцию, которая на вкус много лучше, чем каждый из них по отдельности. Разнообразный сырьевой материал с разных местностей улучшает друг друга: один может иметь хорошую ци, у другого хороший потенциал для вылеживания, третий привносит баланс в сладость и мягкость, и тому подобное. Ни один из чаев не будет таким же богатым, изобильным, и вкусным если их пить по отдельности. Поверьте мне, я пью их все до того как их смешивают. 

Тогда почему же существуют чайные лепешки из одной местности?

Количество чая из любого отдельно взятого региона недостаточно для удовлетворения спроса современного рынка пуэра, особенно если вы рассматриваете маленькие суб-регионы вокруг известных гор. Некоторые из этих маленьких районов производят только 9-10 тонн за урожай, 30 тонн в год. А прямо сейчас общий спрос превышает 100 000 тонн! Производителям необходимо составлять смешанные чаи или они не смогут выжить, и даже если бы это не было бы традиционным путем и не делало бы вкус лучше, это все равно было бы необходимо. И почему все-таки есть некоторые чайные лепешки из одного района? Ну, некоторые любители чая или владельцы магазинов едут в Юньнань и приобретают чай-сырец, чтобы самим изготовить чай. Они делают очень маленькие количества и не могут себе позволить путешествовать по многим районам, покупая множество разных сортов чая. Эти маленькие производители ограничены временем, бюджетом и опытом, который часто и ведет их к покупке чая только из одной местности. Они не могут закупать большие количества, и у них нет возможности смешивать. Конечно, эти малые производители затем превозносят пуэр из одной местности и рынок такого чая как более натурального, более высокого качества, и т.д. В определенных случаях, однако, пуэр из одной местности хорош тем, что позволяет потребителю узнать про подробные характеристики региона. Это очень важно, чтобы было четкое понимание, что лучший региональный чай-сырец является смешанным — он создается перемешиванием разных имеющего хорошую оценку листа с разных хозяйств и местностей одного региона.

Так вы говорите, что все традиционные известные винтажи пуэров были смешанными?

Да. Почти все старые лепешки чая пуэр даже имели несколько видов билетов фабричной марки, в которых говорится «по древнему предписанию» или «уникальный купаж», и многие из купажей держались в большом секрете. Также в них часто выделялись горы, где располагались фабрики или где были чайные деревья, но, как я упоминал прежде, регионы как Иу имеют много мест, в которых растет чай, и чай друг от друга отличен. Так что чайные лепешки были все-таки смешанными. Так компания достигала консистенции, которую хотели их покупатели.

Даже если взглянуть на более крупные чайные компании: они смешивают свои чаи, чтобы вкус, который был привычен их покупателям, не менялся от года к году. Исключительный вкус может быть одним и тем же и через двадцать лет. Потому что купажисты умело использовали чай-сырец в данный год для создания того же самого вкуса. Без купажей эта стабильность будет потеряна, так как урожай чая меняется каждый сезон и каждый год. Также как я уже говорил, каждый регион не производит достаточно чая, и таким образом не имеет влияния на рынок по большей части. Большая компания может приобретать много чая и смешивать его, идя навстречу запросу покупателей и для самоутверждения на глобальном рынке. Старые пуэрные фабрики делали тоже самое. О «Красной Марке» (Хун Инь) известен факт, что с 50-х годов сырье едва изменилось даже за десятилетия. 

Почему некоторые купажи на рынке имеют дымчатый аромат?

Трудный вопрос для ответа. Тем не менее мне нравятся такие вопросы. Хотя это кажется странным для остальных. Во всяком случае, я могу себе вообразить кого-то, кто спрашивает, а почему вообще вы столько уделяете внимания этому пуэру...
Некоторые люди наслаждаются дымным ароматом определенной степени в определенных сортах чаев, и есть случаи, где дымного аромата добиваются намеренно, но обычно это считается браком в производственном процессе. Искусству производства чая пуэр уже тысяча лет, и в некоторых уровнях оно (искусство) изменилось очень мало даже в наше время. Дымный аромат мог прийти из-за неточной предварительной фиксации в прожарке (шацин). Это могло быть даже из-за того, что дрова, используемые в огне, были мокрыми или сырыми, и источали дым, который тогда чай слегка впитал в себя. Не так давно множество новых технологий усовершенствовали технологию производство пуэров. Совершенно не значит, что надо что-то продолжать делать, только потому, что что-то было приемлемо долгое время, тем более когда инновации дали нам возможность это улучшить. Есть некоторые старые деревья, также имеющие натуральным образом такой тип аромата, или это может быть в процессе производства, но если мы можем взять эти листья и сделать их более ароматными, сладкими и вкусными, тогда нас традиции остановить не смогут. Я считаю, что до некоторой степени это дело вкуса, насколько задымленность будет тонкой и не иметь жженый вкус как в некоторых не полностью доделанных чаях. 

Имитации и подделки на пуэрном рынке — это огромная проблема. Кому же мы можем верить?

Из-за высоких цен среди винтажных пуэров, конечно, есть фальшивки. Также как и на любом рынке. Некоторые люди жарят завернутые бумажки в печках, пытаясь придать им черты старения, другие хранят чай в очень сырых местах, имитируя очень старый пуэр. Сейчас, мы также начали встречать подделки и среди свежего пуэра. Чай «Лао Баньчжан», к примеру, дорогой и высоко ценится. Его цена в этом году была 1500 юаней за килограмм. Такая высокая цена стала причиной появления разного вида клоунов, одетых в деловые костюмы, начавших серфировать на этой волне — используя подделки, чтобы сделать быстрый профит на репутации этого чая. На самом деле весенний Лао Баньчжан дает урожай около 4 тонн, а годовой выход продукции — около 10 тонн. Я один, однако, видел несколько сотен тонн «чистого Лао Баньчжана» на рынке в этом сезоне. И как много людей тогда пили хотя бы подлинную вещь? Следовательно, подделка в индустрии пуэров уже всегда сфокусирована на заслуживающих особого внимания винтажах, имеющих ценность или из особенных районов. Они восхваляют свои собственные чаи, объявляя определенные типы деревьев или регионы через термины «крупное дерево» или «старое чайное дерево», которые на самом деле есть невероятно неясные заявления, так как ничего не говорят про качество чая внутри. Правда в том, что имеется много-много разных сортов деревьев в Юньнани и некоторые из них очень стары и даже хорошо сохранившиеся, но это не значит, что у них хороший вкус. Каждая индустрия имеет свою собственную версию для маркетингового очковтирательства. И это значит, что потребителю нужно судить самим, а не слушать кого бы то ни было. Факт в том, что даже если вы и не пробовали никогда подлинный «Лао Баньчжан», то это не так важно как то, что чай приносит вам удовольствие. 

В такой запутанной обстановке как эта, как кому-нибудь из заграницы (Малайзии или даже Америки) начать узнавать и/или приобретать чай пуэр?

Мой совет: никогда не гоняйтесь за брэндами, ценами или модой. Чаи от некоторых компаний все время изменяются, базируясь на том, что есть в наличии. Какой сырой материал фабрика может получать каждый год неясно, особенно работающая с малыми производителями. Нужно пробовать чай и покупать, основываясь на том, от чего вы получаете удовольствие.

Я предлагаю покупать чаи из разных районов и разных ценовых категорий. Попробуйте купить немного по-настоящему дешевого чая и затем в следующий месяц только один или два очень дорогих. Они стоят таких денег? Если да, то изучите характеристики, которые делают их намного дороже.

Второй путь проверить чай — это оставить его в чашке горячей воды на несколько дней. Если настой остался чистый, пронзительный, и без плесени, тогда возможно, что это хороший чай. Третий путь — это принимать участие в семинарах или собираться с другими любителями чая и узнавать от других людей, которые более опытны.

Мне доставляет большую радость знание, что люди из такого далекого места как Америка проникаются чаем пуэр и делятся информацией с другими любителями чая,...

Я очень рад, что многие другие чувствуют тоже самое и поделиться чаем и опытом даже в Америке. Я надеюсь, что Америка и другие страны-новички в мире пуэров, не будут перенимать многие плохие привычки от нас, китайцев, как покупка и продажа больших количеств без заинтересованного отношения к качеству или к тем, кто собирается по-настоящему пить чай до конца дней.

Будут ли эти ответы касаться того, как пуэр следует старить?

Это сложный и часто непонятный спорный вопрос. Если у вас есть два стола сделанных с одинаковым качеством из сандалового дерева, и одному 200 лет, а другой новый, то вы хотели бы знать, что будет ли новый таким же как первый 200 лет назад. Может его ценность и выше, но если использовать столы для сервировки чая, то функциональность у них одинаковая. Некоторые рассказывают, что чаи как «Красная Марка» 50-х не были хорошего вкуса, когда они были новые: они были горькие и вяжущие, но затем они трансформировались в превосходный пуэр, так как терпкость пошла на убыль. Однако сейчас есть молодые пуэры без всякой терпкости, то следует ли нам также дожидаться 50 лет, что восхищаться ими? Следует ли нам тогда скупать пуэр, у которого вкус отталкивающий и горький, надеясь, что он трансформируется за пятьдесят лет? Жизнь слишком коротка для этого. Лучше быть благоразумнее и не стоит поступать исходя из магических или мистических перемен за время. Есть некоторые пуэры, у которых вкус улучшается с возрастом, несколько из них отнесут к восхитительным винтажам в будущем. Какие-то из них придут из неожиданных брэндов, местностей, купажей, и так далее. Как упомянутый пример «Красной Марки», некоторые из великих винтажей 50-х могут быть совершенно неприемлемы сейчас. Слишком много спорного в условиях хранения, сырьевой материал смешивается партиями, при этом мы до конца, полностью не понимаем другие условия или их невозможно проконтролировать. Более того, каждая компания расскажет вам, что их чай очень хорош для старения. Но я думаю, что нам, как существам человеческим, следует жить здесь и сейчас. И стоит сфокусироваться на том что вокруг, в настоящем, более глубоко. Не стоит жить, надеясь, что проживете еще 50 лет. Пейте пуэр, от которого вам хорошо уже сегодня. Я также вылеживаю некоторые чаи в моей коллекции. Мне нравится наблюдать за изменениями в них, и изучать больше процесс, но я никогда не делал это способом заработка. Само наблюдение за процессом доставляет мне радость. К тому, кто знает, будут ли чаи, что я собрал, хорошо вылеживаться.

Чжан Цзюнь, Чэнь Хунвэй. Гора Наньно

Чайные деревья на горе Наньно

Чайная гора Наньно расположена между 100 грд 31 мин и 100 грд 39 мин восточной долготы и 21 грд 53 мин — 22 грд 01 мин северной широты, на востоке округа Мэнхай, Сишуанбаньна, Юньнань, и выходит за пределы округа более чем на 30 км. Ее средняя высота — 1400 м над уровнем моря. Здесь есть и высокие пики и глубокие долины, покрытые пышно цветущей растительностью. Среднегодовой уровень осадков 1500-1700 мм, среднегодовая температура 16-18 грд, влажность превышает 80%, туманных дней в году около 126. Всё вместе взятое это рисует картину типичного для южной Азии тропического климата. Почвы здесь плодородные, в основном латеритовые и красноземно-латеритовые, с жирными пластами. Экология горы Наньно оптимальна для роста крупнолистных чайных деревьев. Это место постоянно окутано туманами. Местные чаи отличаются непревзойденным качеством и именно здесь родилась знаменитая на всю страну «Почка Наньно» (南糯白毫). Гора Наньно, расположенная на южном берегу нижнего течения реки Ланьцанцзянь, считается горой на которой издревле росли крупнолистные чайные деревья. История выращивания чая на этой горе насчитывает более тысячи лет и в созвездии многочисленных древних чайных гор она выделяется яркой звездой.

Начало чайной горы Наньно

Считается, что история Наньно как чайной горы началась в период Троецарствия с наставлений Чжугэ Кунмина, сделанных им во время его южной военной экспедиции. Хотя согласно официальной истории Кунмин не проходил через юг Юньнани, но его умеренная политика и ханьская культура, привнесенная им и его подчиненными, оказали значительное влияние на эти места. Так как во времена династии Хань территория административно относилась к округу Юнчан, одному из семи округов в Наньчжуне, то, возможно, местные жители тех времен начали растить чай на горе Наньно под влиянием ханьской культуры. Историю выращивания чая можно проследить на протяжении более чем 1700 лет, и возникновение Наньно как чайной горы можно отнести к самому началу этого периода.

Большинство местных жителей горы Наньно это представители народности хани. Народность хани происходит от древней народности цян, жившей на юго-западе Сычуани и в северной Юньнани во времена династии Хань, к 7-8 веку их поселения были сосредоточены по обеим сторонам среднего течения реки Хунхэ. С 9 по 11 века некоторые из них двинулись южнее и через Юаньцзян, Моцзян и Цзянчэн достигли Сишуанбаньны. Хани не имели собственной письменности, но у них была традиция «иметь одно имя для отца и сына», и развито было устное повествование. Поэтому они могли четко устно перечислять своих предков и поколения за те тысячелетия, которые они прожили.

Народность хани на горе Наньно относится к группе народностей айни, ответвлению яни. Согласно версии распространенной среди айни, они осели в окрестностях и на горе Наньно 57 поколений назад. Если принять смену одного поколения в 20 лет, тогда айни поселились здесь 1100 лет назад, в период Наньчжао династии Тан, о чем имеются исторические записи 9-11 века, говорящие о перемещении хани в Сишуанбаньну.

Впрочем, представители народности айни не были первыми, кто заселил окрестности горы Наньно. Согласно айни, их предки впервые добравшись до горы Наньно, застали здесь бесхозные чайные сады, оставшиеся от покинувшей эту местность народности пу. Сегодняшнее название народности пу - булан. Пу первыми начали выращивать чайные деревья. Согласно «Вёснам и осеням» в период Сражающихся царств, много племен с юго-запада царства Чу (включая Юньнань, Гуйчжоу, Сычуань, и местности западнее реки Ханьцзян) звались «Байпу». С времен ханьской династии, племена «пу» жили в Баошане и Дали. Нынешняя река Юаньцзян тогда именовалась «река Пу» именно потому, что здесь жили люди пу. Позднее, люди пу постепенно выезжали и эмигрировали. К Танской династии люди пу, в основном, жили на просторах к западу от реки Ланьцанцзянь, и превратились в две народности «Пуцзы» и «Ван», из которых пуцзы были предками народностей булан и дэан, занимались чаем и сэйбой, за что и именовались «древними чайными крестьянами».

Исторический анализ позволяет сделать вывод, что предки народности булан мигрировали и осели на горе Наньно, предшествуя айни, в период Наньчжао при Танах. Они выжгли гору и посадили чайные деревья, таким образом положив начало истории выращивания чая на горе Наньно и считаются самыми ранними освоителями Наньно как чайной горы. Как бы то ни было, предки народности булан эмигрировали из Наньно около 1100 лет назад. Их брошенные чайные сады унаследовали пришедшие после них айни. Таким образом истории выращивания чая в Наньно не менее 1100 лет, а если обобщить различные исторические анализы, то история культивирования чая в Наньно может достигать и 1700 лет.

В китайской исторической литературе такой как «Маньшу» Фань Чуо (династия Тан - 864 г.) встречается упоминание -«чай происходит с гор в Иншэне». Иншэн был одной из шести провинций Наньчжао, чьи административные границы покрывали всю Сишуанбаньну и Сымао, поэтому горы в Иншэне включали в себя нынешние древние чайные горы Сишуанбаньну и Сымао. Таким образом опираясь на историю можно отнести чайную гору Наньно к наньчжаосским «горам в Иншэне».

Айни оберегали, осваивали, растили и улучшали чайные деревья, поколение за поколением способствуя продолжению развития производства чая в Наньно. Ко временам Цинской династии чайных садов в Наньно было уже более 1000 га.

Цинская династия была периодом расцвета чая пуэр. По «Дяньхай Юйхэн чжи» (1799 г.) Тань Цуя «пуэр, знаменитый в Поднебесной чай, с шести чайных гор в Пуэре... Сотни тысяч чайных крестьян на местности в 800 ли». Хотя описываемые шесть гор расположены в нынешних Цзинхуне и Мэнла, но анализируя размеры «сотен тысяч чайных крестьян на местности в 800 ли» и свыше 1000 га древних чайных садов на горе Наньно, и, несмотря на то, что Наньно отделена рекой от шести чайных гор, находясь к северу от реки, она должна была быть важной местностью, производящей чай пуэр со времени Минской и Цинской династий. Из-за этого разделения рекой не имеется достоверных сведений о людях живших в этой местности во времена династии Цин и трудно прямо сказать, производился ли такой же чай пуэр из грубого зеленого чая в Наньно, Сымао как и тот, с шести чайный гор, о котором рассказывали чаеторговцы.

С момента образования Китайской Республики несколько факторов, таких как исчезновение пуэра, как чая для подношения, социальные волнения, блокирование каналов сбыта и тяжелые налоги, послужили причиной постепенного опустения шести знаменитых чайных гор севернее реки. Между тем, чаепроизводящие области Чэли, Фохай, Наньцяо южнее реки Ланьцанцзянь стали центром изготовления пуэров. Эти области в большинстве своем относились к нынешним чайным горам Наньно и Мэнсун (чайной горе в Мэнхае), из которых гора Наньно постепенно стала ключевой. Чаи с нее запрессованные в разнообразные формы и после приобретения в мэнхайских чайных магазинах перепродавались в Тибет через Бирму и Таиланд, или в южную Азию через те же Бирму и Таиланд.

В 1938 году при поддержке департамента финансов Юньнани, г-н Бай Мэнъюй, бизнесмен из народности хуэй, создал «Экспериментальное чаепроизводящее хозяйство Сипу» на горе Наньно (именно отсюда ведет свое происхождение Юньнаньский институт исследования чая). Он нанял группу техников из провинции и из за ее пределов. Под руководством г-на Мэнъюйя хозяйство занималось экспериментальным выращиванием и производством чая. В 1939 году в Наньно было организовано чайно-семенное хозяйство, было освоено 73 га чайных садов, высажены сотни тысяч чайных деревьев, из которых 170000 остались живы, и в 1945 году было запущено производство. В 1940 в Наньно было организовано чаепроизводящее хозяйство - приобрели 6 машин для изготовления чая, включая роллерную машину, обрезочную машину, и машину для сушки, скупали свежий чайный лист или грубый зеленый чай, и после обработки получали красный и прессованный чаи и продавали их за границу.

В 1943 году «Экспериментальное чаепроизводящее хозяйство Сипу» на горе Наньно расширилось и было преобразовано в Управляющую компанию Сипу. Но хотя начало чувствоваться быстрое развитие, в 1948 году подчиненное чаепроизводящее хозяйство было закрыто из-за плохих каналов сбыта, а основное чайное оборудование было перемещено за границу еще до образования КНР; чайные сады, приписанные к Наньносскому чайно-семенному хозяйству, пришли к 1949 году в упадок. Свыше 1000 га чайных садов на горе Наньно оказались в той или иной мере запущенны.

Древнейшее культивированное чайное дерево. Гора Наньно

Древние чайные деревья на горе Наньно

В начале 50-х, пережив тысячи лет, на Наньно еще оставались более 1000 га смешанных с лесом древних чайных садов и бесчисленное множество больших чайных деревьев. Большинство из них были скрыты среди высоких лесов и цветущих диких трав, став поистине раем для птиц и животных и только некоторые, расположенные вблизи деревень, использовались местными айни.

В августе 1951 года на Наньно был организован Юньнаньский институт исследования чая (в то время называвшийся Фохайское чайное экспериментальное хозяйство при юньнаньском департаменте сельского хозяйства и лесоводства), который проводил много работ по исследованию местных видов чайных растений. В то время большие чайные деревья диаметром 30 см, высотой 300-500 см можно было встретить везде. Г-н Су Чжэн, специалист юньнаньского института исследования чая, нашел 3 больших чайных дерева с диаметрами стволов 38-54 см, высотой 350-400 см и диаметром кроны 800 см, о чем сообщил в феврале 1952 года в Китайское чайное информбюро (Чжунго часюнь). В декабре 1951 года, идя за охотником айни, г-н Чжоу Пэйцзюй из Юньнаньского института исследования чая обнаружил древнее дерево высотой 550 см и диаметром ствола 138 см. Хотя чайное дерево казалось старым, его листва была все еще пышная и буйно росла. Позднее это дерево получило название «императора чайных деревьев».

Весть о находке «императора чайных деревьев» на горе Наньно разлетелась по всей стране, но из-за очень крутого, труднодоступного горного рельефа мало кто имел возможность увидеть это дерево своим глазами. В 1954 году Цай Сяо, известный биолог, изучал гору Наньно. Следуя за Чжоу Пэнцзюй, он смог осмотреть «императора чайных деревьев» на месте. В 1957 году был проложена верхняя дорога, и много китайских экспертов, профессоров и ученых, занимающихся темой чайной промышленности, посетили Наньно. Несмотря на трудности они вместе со специалистами из Юньнаньского института изучения чая проводили мультидисциплинарные исследования и изыскания и в конечном итоге пришли к выводу, что даже по самым консервативным оценкам дереву больше 800 лет, и оно несомненно заслуживает звания выращенного «императора древних чайных деревьев». Это было свидетельством того, что китайская нация первой выращивала и обрабатывала чайные деревья, тем самым принеся великий дар человечеству. «Император чайных деревьев» быстро обрел широкую известность.

В 1971 году от трассы Куньмин - Дало к горе Наньно было проложено 9 км дороги, а также выстроена бетонная лестница (из более чем 840 ступенек), ведущая прямо к месту, где растет «император чайных деревьев». С 1985 по 1987 годы на средства, полученные в качестве займа от Всемирного банка, дорога была модернизирована и стала более удобной. Благодаря этому в это место стали приезжать не только эксперты и ученые, но и множество туристов, которым хотелось воочию увидеть это легендарное дерево. В декабре 1988 года 11 участников команды Тайваньского чайного искусства посетили «императора чая». Они пришли в благоговейный трепет и склонились перед ним, поверив, что перед ними подлинный прародитель. В декабре 1990 года Чжао Пучу, председатель Национальной Ассоциации политической консультации и президент Всекитайской ассоциации буддистов специально прибыл для посещения «императора чайных деревьев», и оставил запись в Юньнаньском институте изучения чая «путешествовал 10000 ли на юг, чтобы посетить императора чайных деревьев».
«Император» тихо просуществовал более 800 лет, но в 80-е количество гостей и транспорта резко возросло и экология окружающей среды настолько испортилась, что дерево начало страдать. Поэтому в декабре 1990 года мэнхайское правительство пригласило в Юньнань чайных экспертов принять участие в семинаре по защите императора чайных деревьев. Был основан «Комитет по защите императора чайных деревьев», состоявший из специалистов юньнаньского института изучения чая и мэнхайского чайного офиса. Комитет ставил перед собой цель сохранения старого дерева, для чего прикладывались усилия и в административной и в технической плоскостях.

В апреле 1993 года чайное общество Сишуанбаньны провело Первый Международный фестиваль «императора чайных деревьев» в Цзинхуне, и организовало визит китайских и иностранных гостей к императору чайных деревьев на горе Наньно, которые увидели его последнюю зелень. В 1995 году выращенный «древний император чайных деревьев с горы Наньно «скончался».

В обширных лесах горы Наньно родственные чайные деревья растут энергичнее, а древние чайные деревья того же возраста могут вести спокойную жизнь в глубине леса. 8 мая 2002 года г-н Чжан Цзюнь, президент Юньнаньского института изучения чая, и Цзэн Юньжун, директор Мэнхайского чайного офиса, обнаружили на удаленном лесном склоне довольно древнее и большое культивированное чайное дерево. Оно было 530 см в высоту, диаметр кроны 750 см, основание ствола было 76,4 см, диаметр колец был 40 см, расстояние от первой ветки до земли 60 см, ствол расходится на 6 ответвлений. Оно имеет широкую крону большого диаметра, и подпадает под категорию крупнолистного чая типа лозообразного порослевого дерева. Возраст оценивается близким к возрасту выращенного императора чайных деревьев. Это еще одно живое свидетельство долгой истории Наньно, как чайной горы.

Положение чайного производства горы Наньно

В 1950 году гора Наньно могла произвести 16,5 тонн чая. Производством занимались айни и оно требовала больших трудозатрат. Поэтому партия и правительство приложили много усилий для восстановления и развития чайного производства на горе Наньно и поддержали начинание большим количеством талантливых специалистов, материалами и капиталами. В августе 1953 года Юньнаньский институт изучения чая принял на себя руководство Наньносским чайно-семенным хозяйством и чаепроизводящим хозяйством после их национализации (в 1953 году чаепроизводящее хозяйство было передано в Сишуанбаньну). На базе этих хозяйств проводились научные эксперименты и исследования, технологические демонстрации и внедрения, а также техническая подготовка производства чая. К тому же, они сразу организовали народность айни для возрождения заброшенных чайных садов и скорейшего восстановления производства чая на Наньно. В 1953 году годовой выход чая с горы составил 62,5 тонны и к 1958 году повысился до 193,4 тонн. Из-за повышения доходов жизнь айни начала улучшаться. Одновременно с этим, под руководством сотрудников Юньнаньского института изучения чая, айни познакомились с методами совершенствования чайного производства, включая ступенчатое изменение уклона в чайных садах, методы выращивания чаев, методы культивации путем загущения и ускорения, основы научной и системной культивации, защиту, технические процессы. В частности, начиная с 80-х годов прошлого века Юньнаньский институт изучения чая и Мэнхайский чайный офис в рамках национальной чайной программы на горе Наньно реализовали проект экономико-экологической деревни на провинциальной комплексной чайной выставочной территории и в результате было выделено 340 га под уплотненные и быстрорастущие чайные сады. К 2001 году выход чая с горы Наньно составил 774 тонны, сделав деревню наиболее продуктивной в Юньнани. Айни стали принадлежать к зажиточным крестьянам.

Смотря назад в прошлое, можно увидеть, что чайная гора Наньно, несмотря на прожитые тысячелетия, все еще содержит в себе бесконечную энергию. Загущенные и быстро растущие чайные сады и экологические чайные сады дают уверенность в развитии чайного производства на Наньно. По мере развития чайного производства, возникает особый вопрос о защите древних чайных садов и деревьев. Изучив урок о провале защиты «императора чайных деревьев», нам следует с большим благоразумием и опираясь на науку подойти к защите существующих 1000-летних чайных садов и растений.

Перевод Чураков А. Редакция Корнаев М. Фото АдминМо
Journal of International Tea, No15, 2007